К внукам я езжу двумя автобусами. Выхожу из дома в половине шестого утра. В одну дождливую пятницу я стояла на остановке и увидела, как мимо меня по той же дороге проехал зять. Один в машине. Он даже успел помахать мне рукой.
Помахал.
Так легко.
Так непринуждённо.
Будто увидел соседку.
Не чужую женщину.
Не коллегу.
А тёщу.
Маму своей жены.
Бабушку своих детей.
Я стояла с промокшей сумкой.
В ней был творожный пирог для Алины.
И новая кофточка для маленького Миши.
Я смотрела на задние огни его машины, пока они не растворились в дожде.
Меня зовут Галина.
Мне шестьдесят три года.
Три года назад я вышла на пенсию.
Хотя нет…
Лучше расскажу иначе.
Тридцать восемь лет я проработала бухгалтером.
Когда уходила на пенсию, дочь Ирина сказала:
— Мама, наконец-то ты сможешь отдохнуть.
Отдыхаю.
По понедельникам.
По средам.
По пятницам.
В половине шестого утра встаю.
Собираю обеды в контейнеры.
И двумя автобусами еду к внукам.
Если повезёт с пересадкой — сорок минут.
Если нет — почти час.
У Ирины и Сергея двое детей.
Алине пять лет.
Мише — полтора.
Ирина работает в крупной компании.
Полный рабочий день.
Иногда задерживается.
Сергей работает в сфере IT.
Чем именно — я так и не поняла.
Знаю только, что зарабатывает хорошо.
У них красивая квартира.
Новая машина.
Каждый год ездят отдыхать.
И нет.
Я им не завидую.
Правда.
Я рада за них.
Но в то дождливое утро на остановке что-то во мне сломалось.
Потому что Сергей каждый день ездит этой дорогой.
Он проезжает мимо моей остановки.
Однажды за ужином сам сказал:
— Тёща, похоже, мы одним маршрутом ездим.
Мы тогда оба рассмеялись.
Но он ни разу не предложил подвезти меня.
Ни одного раза.
Ирина об этом знает.
Как-то я между делом сказала:
— Представляешь, сегодня Сергей проехал мимо меня. Ещё и помахал.
Она ответила:
— Мама, он спешит на работу. Ты же понимаешь. Он не может делать крюк.
Какой крюк?
Я стою прямо на его маршруте.
Ему нужно только остановиться.
Но я этого не сказала.
Лишь кивнула.
Как всегда.
Когда Ирина выходила замуж.
Когда они переехали.
Когда семейные праздники стали проводить у себя, а не у меня.
Я всегда кивала.
И говорила:
— Хорошо, доченька. Как вам удобнее.
👇 Продолжение этой истории читайте ниже в комментариях.
Моя соседка Валентина по четвергам заходит ко мне на чай.
Я рассказала ей про то, как Сергей помахал мне из машины.
Она поставила чашку на стол и сказала:
— Галина, ты правда позволяешь так с собой обращаться? Мой муж никогда бы не позволил мне так поступить с его матерью.
— Я не хочу создавать проблемы, — ответила я.
— Ты не создаёшь проблемы. Ты для них и няня, и повар, и прачка. И ещё сама оплачиваешь дорогу.
Я замолчала.
Потому что она сказала именно то, что я сама боялась признать.
Проездной я оплачиваю со своей пенсии.
Творожные пироги пеку из своих продуктов.
Одежду внукам покупаю за свои деньги.
Ирина ни разу не предложила помочь с дорогой.
Сергей ни разу не предложил подвезти.
А я ни разу не попросила.
В субботу позвонила Ирина.
Спросила, смогу ли я в понедельник приехать на час раньше.
У неё важное совещание.
Это означало, что мне придётся выйти из дома в половине пятого утра.
— Хорошо, доченька, — автоматически ответила я.
И впервые за много лет услышала собственный голос словно со стороны.
Такой тихий.
Такой покорный.
Будто старая запись, которую включают каждый раз, когда от меня что-то нужно.
— Ирина… — быстро добавила я, пока не передумала. — А может, Сергей мог бы меня подвезти? Он ведь всё равно проезжает мимо моей остановки. Сам когда-то говорил.
В трубке повисла тишина.
Та самая тишина, которую я знаю уже много лет.
Она всегда появляется, когда я прошу о чём-то, что не входит в их планы.
— Мама… Сергей любит ехать в тишине. Он слушает подкасты. Это его время для себя.
Время для себя.
Сорок минут…