Jerzy Wójcik nie był człowiekiem, który pada na oczach ludzi. Kiedy w 1977 roku wchodził na stadion w
Она приходит к нам по вторникам и четвергам, потому что у Галины смена в аптеке, а Олег — дальнобойщик
Věra Hrušková věděla přesně, kolik váží obálka s fotkami — dvě stě osmdesát gramů, protože ji šestkrát
Heräsin kello kuusi aamulla, vaikka herätys oli asetettu kahdeksaan. Makasin hetken ja katsoin, kuinka
Прокинулась о шостій ранку, хоча будильник стояв на восьму. Лежала якийсь час, дивилась, як крізь щілину
Я вошёл в квартиру в половине девятого утра, и мама сразу поставила передо мной чашку — не спросила, хочу ли.
Musím to říct takhle: já jsem se ten den nesnažil ublížit. Snažil jsem se přežít týden, o kterém jsem
Ладанка за тридцять срібняків У Зарваниці двадцять третього вересня завжди тісно. Того дня, коли громада
Ten let jsem plánovala tři týdny. Neřekla jsem o něm ani slovo — ani mámě, ani kamarádce z účtárny, nikomu.
Меня зовут Тарас Ковальчук, мне тридцать четыре, и в тот вечер я стоял в бетонном коридоре военной базы